В 1939–1941 годах известный писатель Евгений ПЕТРОВ (соавтор Ильфа; его настоящая фамилия КАТАЕВ Евгений Петрович) попал в более, чем странную ситуацию, когда полностью совпала судьбы и имена его и кого-то другого неизвестного ему человека Е.П.Катаева, а также имена «случайно» придуманного им человека и реального друга Петрова-2, некого реального новозеландца. Началось все так: Е.Петров имел странное и редкое хобби, он всю жизнь коллекционировал конверты от своих же писем. Делал это так – отправлял письмо в какую-нибудь страну, все, кроме названия государства, он выдумывал: и город, и улицу, и номер дома, и имя адресата, поэтому через месяц-полтора конверт возвращался, уже украшенный разноцветными иностранными штемпелями, главным из которых был: «Адресат неверен». Но вот в апреле 1939 он отправил письмо, которое повлекло за собой целый ряд шокирующих событий.

Петров решил потревожить почтовое ведомство Новой Зеландии. Он придумал город под названием «Хайдбердвилл», и улицу «Ратбич», и дом “7”, и адресата «Мерилла Оджина Уэйзли». В самом письме он написал по-английски: «Дорогая Мерилл! Прими искренние соболезнования в связи с кончиной дяди Пита. Крепись, старина. Прости, что долго не писал. Надеюсь, что с Ингрид, все в порядке. Целуй дочку от меня. Она, наверное, уже совсем большая. Твой Евгений». Все это он положил в конверт, на котором написал обратный адрес, на Главпочтамте оформил письмо как заказное и срочное. Прошло более двух месяцев, но письмо с соответствующей пометкой не возвращалось. Решив, что оно затерялось, Евгений Петров начал забывать о нем. Но наступил август, и он дождался... ответного письма. Поначалу Петров решил, что кто-то над ним подшутил в его же духе. Но когда он прочитал обратный адрес, ему стало не до шуток. На конверте было написано: «Новая Зеландия, Хайдбердвилл, Райтбич, 7, Мерилл Оджин Уэйзли». И все это подтверждалось синим штемпелем «Новая Зеландия, почта Хайдредвилл». Текст письма гласил: «Дорогой Евгений! Спасибо за соболезнования. Нелепая смерть дяди Пита выбила нас из колеи на полгода. Надеюсь, ты простишь за задержку письма. Мы с Ингрид часто вспоминаем те два дня, что ты был с нами. Глория совсем большая и осенью пойдет во 2-й класс. Она до сих пор хранит мишку, которого ты ей привез из России. Твой друг». Петров никогда не ездил в Новую Зеландию, и поэтому он был тем более поражен, увидев на фотографии крепкого сложения мужчину, который обнимал самого Петрова (т.е. его самого!). На обратной стороне было написано: «9 октября 1938 года». Тут писателю чуть плохо не сделалось – ведь именно в тот день он попал в больницу в бессознательном состоянии с тяжелейшим воспалением легких. Тогда в течение нескольких дней врачи боролись за его жизнь, не скрывая от родных, что шансов выжить у него почти нет.

Чтобы разобраться с этими то ли недоразумением, то ли мистикой, Петров написал еще одно письмо в Новую Зеландию, но на это ответа уже не дождался. 1 сентября началась Вторая мировая война, Е.Петров с первых дней войны стал военным корреспондентом «Правды» и «Информбюро». Коллеги его не узнавали – он стал замкнутым, задумчивым, а шутить вообще перестал. В 1942 году, самолет, на котором он летел в район боевых действия, пропал, скорее всего был сбит над вражескую территорию. В день получения известия об исчезновении самолета на его московский адрес поступило письмо от Мерилла Уэйзли. Вдове писателя его перевели. Уэйзли восхищался мужеством советских людей и выражал беспокойство за жизнь самого Евгения. В частности, он писал: «Я испугался, когда ты стал купаться в озере. Вода была очень холодной. Но ты сказал, что тебе суждено разбиться в самолете, а не утонуть. Прошу тебя будь аккуратнее – летай по возможности меньше»... Так где, в каком таком мире Е.Петров-Катаев-2 мог встречаться с М.Уэйзли?..

Летом 1974 года в Вашингтоне некий Мартин Дж. вышел из своего офиса на улицу и стал искать глазами собственную машину. Та почему-то оказалось не на своем привычном месте, а в стороне. Что-то смутило Мартина в ее внешнем виде, однако, хотелось ехать домой, и он открыл ключом дверцу. Но тот-же ключ, что открыл дверцу, не мог попасть в замок зажигания и завести машину. Решив заявить в полицию (налицо попытка угона, приведшая к тому, что машина сломалась), Мартин вернулся в здание. Но и здание смутило его, внутреннее убранство было другим, позвонить из вестибюля, как это он раньше делал, теперь оказалось невозможным. Оставалось подняться на этаж и позвонить из офиса, но... на этом этаже не оказалось офиса!.. С ошалевшими мыслями Мартин побрел на улицу, и тут, к счастью, заметил машину на привычном месте. Все вернулось на свои места ["ЧиП" 1998, N 10, с.40–41]. Остается добавить, что теперь автомобиль завелся сразу же...

В 1978 году в швейцарскую психиатрическую клинику попала беременная женщина по имени Бригитта Х. Она с ужасом рассказывала трагическую историю своей жизни, о том, как ее муж погиб в автокатастрофе, как она готовила его похороны, уже будучи беременной, как похоронила его, как молила бога помочь ей... Самое страшное оказалось в том, что Бог, кажется, ей помог: однажды прийдя домой она застала дома живого мужа сидящим на стуле! Но вот внятно объяснить, как он «ожил», муж не смог. Мало того, он чрезвычайно удивился рассказу о своих похоронах. Зато рассказал, что пережил недавно незначительную автоаварию – без каких-либо человеческих жертв. Соседи, родственники, полиция, все встали на сторону мужа, все как один утверждали, что он «никогда не умирал», что все это ей приснилось. Бригитта вынуждена была отправиться на кладбище, но могилы мужа там действительно не оказалось! Но почему участок кладбища казался ей знакомым?! Родственники, желая уберечь Бригитту перед родами от нервного срыва, отправили ее «подлечить мозги». Однако, в психиатрической клинике констатировали, что никаких психических изменений у Бригитты просто нет. По мнению врачей, пациентка здорова, а что она там видела – не их забота...

В 1996 году вот такое письмо пришло от Е.Хазарян из Ростова-на-Дону: «...Недавно со мной произошел странный случай. Вечером сын ушел, не сказав куда. Я смотрела телевизор. В квартире было темно. Вдруг слышу – ключ в замке поворачивается. Думаю, сын что-то забыл и вернулся. Сейчас меня поднимет и заставит подавать какой-нибудь пустяк. Но никто не вошел. Я испугалась: ключ в замке поворачивается отчетливо. От испуга резко открываю дверь в прихожую... и передо мной стоит сын. Только как бы слегка в тумане. Длилось это «видение» доли секунды. Потом стало меркнуть и растворилось совсем. Я окаменела от ужаса и подумала, что схожу с ума. Когда вернулся сын, я рассказала ему о «видении». А он мне: «А я действительно забыл кое-что и даже подошел к подъезду, хотел подняться, но раздумал.» Выходит, я видела «материализованное» намерение сына вернуться за забытой вещью. Или можно как-то иначе объяснить этот случай?.. ["Свет" 1997, N 1, с.61]...

Нужны ли каждому из нас параллельные миры?

Вы считаете, что не полностью реализовали себя? Что лишь стечение обстоятельств да незначительные ошибки привели к тому, что не все хорошо в вашей жизни?..

Попытаюсь вас слегка утешить – в каком-то из бесчисленных миров, называемых у нас параллельными, наверняка есть ваша полная копия, которая значительно лучше устроилась в жизни и совершила замечательную карьеру! Вас это не утешает? Тогда скажу по-другому – в большинстве из обозначенных миров ваши другие «Я» живут гораздо хуже вас самих в нашем мире!.. Правда, полегчало?..

Короткий экскурс по параллельным мирам закончен. Увы, других «путеводителей» на сегодняшний момент просто не существует.

По крайней мере – в нашем мире.

Вадим Александрович Чернобров

Тайны пространства-времени.
http://cka3ku.com/