Странные истории иногда можно услышать в глухих,
таежных уголках Карелии. Их рассказывают и отдельные люди, и целые
деревни. Многие очевидцы этих событий живы до сих пор и рассказывают об
этом своим детям и внукам. Это истории о колдунах и оборотнях, которые,
оказывается, живут вместе с нами и являются нашими современниками.
Вообще, наверное, в России немного сейчас найдется
таких уголков (пусть даже отдаленных), как карельская глубинка, в
которых так крепка народная вера в различные формы магии и
многочисленные поверья. Она бережно хранит разносторонний опыт старших
поколений, связанный с оригинальным и глубоким взглядом на мир, во
многом отличный от современного «окультуренного» мировосприятия.
Христианство вывело человечество на новый
качественный уровень Бого- и самопознания, однако не секрет, что в душе
человека навсегда запечатлелся и мир языческий.
Однако, возможно, что именно это сочетание внешне
несоединимых верований и создает специфически неповторимую ауру глухой
карельской деревни, за которой скрывается зачастую совершенно
неисследованный духовный мир, мир, полный своеобразия и тайн.
* * *
В небольшой деревушке Суйсарь, что в нескольких
десятках километров от Петрозаводска, в 90-х годах прошлого века жила
очень сильная колдунья, почитаемая не только в самой деревне, но и во
всей округе. В то время она была уже в преклонных летах, редко выходила
из дома, принимая посетителей в своей маленькой горенке. Она знала и
умела все. Проницательные, со стальным блеском глаза пронизывали
человека насквозь, видя все самое потаенное. «Приходит кто ко мне с
ложью, того сразу бить и трясти начинает. Мне лгать нельзя», — не раз
говаривала старуха. Потому и приходили к ней немногие.
Она обладала удивительной «властью» над природой и
животными. Рассказывали, что, когда зимой в деревню неожиданно нагрянул
медведь-шатун, старуха, подойдя к ревущему зверю вплотную, попросила
его уйти обратно в лес и больше не приходить. Пристыженный гигант
извинительно заурчал и спешно потрусил в тайгу, а колдунья вернулась в
дом, предварительно низко, до земли, поклонившись только одной ей
известным силам и богам.
Помощь ее была бескорыстна. «Моя жизнь — это моя
песня. Кто хочет слушать — пусть слушает. Я за это ничего не беру», —
смеялась она.
Однажды к старухе обратились за помощью: пропала
корова. Искали весь вечер, но все было напрасно. Прибежали к ней. «Жива
кормилица», — утешила колдунья, выслушав просьбу, вышла из дома и пошла
за деревню. Дойдя до перекрестка дорог, остановилась и долго стояла в
молчании. Затем с молитвенною просьбою с низким поклоном обратилась «к
лесу северной стороны» отдать корову, не оставлять у себя. Закачались
при полном безветрии верхушки деревьев из стороны в сторону,
зашелестела листва, взметнулась змейкой придорожная пыль. «Нет ее там»,
— только и молвила она. Обратилась колдунья тогда к «лесу восточной
стороны», но тот же пришел ответ. И только «лес южной стороны» дружно
«закивал» своею еловой гривой. «Жива ваша кормилица, — еще раз
повторила старуха опешившим и не верящим собственным глазам
сопровождавшим. — Ждите»! А сама, не оглядываясь, пошла домой.
Немного прошло времени, послышался звон колокольчика, и все увидели бежавшую к ним навстречу корову из «леса на южной стороне».
Смерть колдуньи была тиха
В тех же 90-х годах в Пудожском
районе Карелии из уст в уста передавали «сказы» о некоем странном
человеке, которого народная молва окрестила «оборотнем». Этот человек —
Федор Иванович Дутов — был потомственный колдун, пользовавшийся
недоброй репутацией по причине своего абсолютно нелюдимого и сварливого
характера. Рассказывали, что он обладал неким «знанием», благодаря
которому мог обращаться в любого животного. Ходили слухи, что изредка
из его дома, расположенного на краю деревни, слышались нечеловеческие
крики, переходящие в волчий вой. В эти дни (точнее, ночи) деревню
буквально наводняли волки, приводя в трепет местных жителей. Волков
стреляли, а наутро трупы их исчезали
Однажды произошло событие, окончательно
закрепившее за Дутовым прозвище «оборотня». Федор Иванович неожиданно
исчез из деревни. День проходил за днем, но он не возвращался, однако
заметили, что в это время в окрестностях деревни появилась стая волков,
не дающая покоя ни днем, ни ночью. Решили сделать облаву, поставили
капканы, группами выходили на отстрел. Результаты были плачевными,
когда вдруг ночью деревня проснулась от душераздирающего воя, воя боли
и страдания, подхваченного волчьей многоголосицей. А наутро увидели
возвращающегося Дутова с бледным, изможденным лицом и кое-как
перевязанной рукой, истекающей кровью. Бросились к тому месту, откуда
ночью раздавался страшный, зловещий крик боли, и в одном из капканов
увидели перегрызенную волчью лапу и многочисленные следы волков. Никто
к капкану даже не притронулся
Страшна была жизнь этого человека, страшна была и
его смерть. Она наступила спустя два года после вышеописанных событий.
Дутову в то время было около шестидесяти лет. Видимо, он почувствовал
приближение смерти. Неизвестно, что он пережил в те мгновения.
Рассказывали, что он страшно кричал в течение суток, а вечером появился
на крыльце своего дома, смотрел на деревню, на людей и… плакал. А потом
бросился в лес, оглушая тишину не то душераздирающим человеческим
криком, не то волчьим воем.
Аномальные новости |
